(29 голоса, среднее 4.93 из 5)
Черная быль. г. Железногорск, Красноярский край

 

Хроника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС

с 26.04.1986 по 30.11.1986

1. Двадцать пять лет спустя…

На снимке - колесо обозрения в городе Припяти, не проработавшее ни одного дня.

Открытие парка аттракционов предполагалось к майским праздникам 1986 года, но…

26 апреля на четвертом блоке Чернобыльской АЭС произошел взрыв атомного реактора. Этот снимок сделан группой кинодокументалистов из города Железногорска (прежнее название – Красноярск-26) осенью 2010 года специально для нашего сайта «Черная быль».
2. Первый удар приняли на себя пожарные.

4 часа 50 минут. Огонь локализован.

6 часов 35 минут. Пожар ликвидирован полностью.

На фото: пожарные, погибшие, выполняя свой долг.

3.ЧАЭС в первые дни после аварии.

В ночь 26 апреля на четырех блоках АЭС работало 170 человек – дежурный персонал и ремонтные службы. На двух строящихся блоках – пятом и шестом – находилось 268 строителей и монтажников. Несколько десятков человек рыбачили на берегах пруда-охладителя. Все они стали очевидцами того, как в 1 час 24 минуты раздались два взрыва, один за другим. Над четвертым блоком столб горящих материалов и газов взлетел на высоту более одного километра. Над реактором возникло оранжевое свечение…

4. Тридцатикилометровая зона оцепления вокруг ЧАЭС.

Из воспоминаний Владимира Константиновича Прилепы: «Мы, те, кто прибыл из закрытых городов, понимали, что с радиацией шутки плохи, а вот, к примеру, жители Подмосковья проявляли удивительную беспечность. Помню, один товарищ стоит и курит возле самого 4-го блока. Я ему: «Ну, зачем ты это делаешь? Опасно же во всех отношениях! Жить расхотелось?». Ну, он меня, разумеется, слушать не стал… В условиях сильной радиации даже в маске работать трудно. Помню, как тяжело мне было, когда на станции мы снимали с ДЕМАГа двигатель. Ощущение было такое, будто кто-то много-много сахара мне в рот запихал. Привкус сахара все время был такой сильный, что чай можно было без сахара пить. Ну, а еще было у меня все время такое ощущение, будто в горле постоянный ком, или опухоль какая-то…»
5. Создание красноярского района №2.

Политбюро и ЦК КПСС и Совет Министров СССР на совместном заседании 20 мая 1986 года приняли решение поручить Минсредмашу работы по захоронению 4-го (взорвавшегося) блока ЧАЭС. Для этого было создано УС-605 (Управление строительства № 605), начальником которого был назначен генерал-майор Е.В. Рыгалов.

21 мая группа специалистов Минсредмаша во главе с министром Е.П. Славским (в составе группы - заместитель министра по строительству А.Н. Усанов, начальник монтажного главка В.Н. Рудаков, начальник Управления военно-строительными частями министерства Ю.М, Савинов, начальник УС-605 Е.В. Рыгалов, главный инженер УС-605 В.Т. Шеянов) подробно изучила обстановку в Чернобыле и приняла соответствующие решения.

Из книги Владимира Константиновича Сперанского «Сибиряки с чернобыльской отметиной»:

«Было около семи часов вечера. Начальник Управления строительства «Сибхимстрой» Петр Тихонович Штефан сидел в кабинете один, перед ним на столе лежал план Чернобыльской АЭС. На плане четырьмя цветами была размечена площадь и стены 4 блока ЧАЭС. Здесь я впервые узнал, что 20 мая Политбюро ЦК КПСС и Совет Министров СССР на совместном заседании приняли решение – поручить Минсредмашу провести работы по захоронению разрушенного четвертого блока, а «Сибхимстрою» приказано создать красноярский район № 2 по ликвидации аварии.

Начальник стройки, показав на плане зону действия нашего района, сказал, что в Чернобыле образовано специальное Управление строительства, УС-605, а начальником УС-605 уже назначен
генерал-майор Е.В. Рыгалов…»

 

На фото:
Штефан Петр Тихонович (1911—1995). Генерал-майор, Герой Социалистического Труда, заслуженный строитель РСФСР, лауреат премии Совета Министров СССР, Почетный гражданин города Красноярска-26. Возглавлял Управление строительства «Сибхимстрой» с 1958 по 1987.
На фото:
1 ряд – слева: Министр Е.П. Славский,
2 ряд – за ним: Г. Лыков, В.К. Сперанский, генерал-майор
Е.В. Рыгалов.
Июнь 1986г.

 

6. Из 18 проектов саркофага лишь один был принят
правительственной комиссией.

 

Саркофаг возводили:

-район №1, челябинский. Обозначен желтым цветом.
-район №2, красноярский. Обозначен бирюзовым цветом.
-район №3, томский. Обозначен коричневым цветом.
-район №4, сосновоборский (г. Сосновый бор, Ленинградская обл.). Обозначен оранжевым цветом.
-район №6, свердловкий. Обозначен синим цветом.

 

Розовым цветом обозначен взорвавшийся 4-ый блок реактора.

7. Этапы возведения саркофага в соответствии с
технологией строительства.

I этап – очистка, со срезкой грунта и старого покрытия, территории вокруг 4-го разрушенного блока от радиоактивных отходов с бетонированием всей территории.

II этап – возведение защитных (пионерских) стен по периметру.

III этап – выполнение разделительных стен между 4-м и 3-м блоками.

IV этап – возведение каскадной стены.

V этап – кровельное покрытие машзала.

VI этап – монтаж высотной контрфорсной стены.

VII этап – выполнение опор и монтаж покрытия реакторного блока.

8. I вахта из Красноярска-26 (современное название - Железногорск Красноярского края).

Первый этап работ красноярским районом №2 проводился с 28 мая по 1 августа 1986 года.

На фото:
начальник района - полковник В.К. Сперанский (с 28 мая по 1 августа),
главный инженер В.И. Реут (с 15 июня по 6 августа),
заместитель начальника района, секретарь парторганизации капитан С.П. Дубинин (с 30 мая по 26 июля),
заместитель главного инженера Ю.Г.Воронин (с 15 июня по 6 августа).

В.К. Сперанский - начальник строительного района №2 в I вахту.

3 июня 1986 года. До реактора - 300 метров. На меньшем расстоянии от реактора сфотографироваться не удалось. Пленка оказывалась засвеченной радиоактивным излучением.

С.П. Дубинин - первый ликвидатор из г. Железногорска.

Из воспоминаний В.К. Сперанского: «28 мая мы с Сергеем Петровичем Дубининым, который был назначен моим заместителем, вылетели в Киев…

В здании автовокзала, который надолго стал Управлением строительства № 605 (УС-605), уже разместились: дозиметрическая и производственно-диспетчерская службы, медпункт, кабинет начальника и комната для его заместителей.

Мы с С.П. Дубининым выбрали здесь одну комнату для себя. В ней постоянно находилось 3-4 комплекта спецодежды и упакованные бутылки с питьевой водой. Отсюда можно было общаться со всеми службами, работать с проектировщиками, подготавливать документы для совещаний…

Как во время Великой Отечественной войны в 1941 году сибиряки защищали Москву, так и сейчас нам, сибирякам, предстояло спасать мир от радиоактивной катастрофы…»

9. Карта распространения радиации после катастрофы на ЧАЭС.

Из воспоминаний Валерия Николаевича Махонина: «Как случилась авария в Чернобыле, приснился мне сон, что надо туда ехать, людям помогать. Я тогда работал на ГХК водителем. Рассказал я о том жене – она в слезы: «Ты не вернешься! Ты там погибнешь!».

Я – ей: «Не бойся, вернусь живой!».

Пошел я к своему начальнику и говорю: «Поеду в Чернобыль людей спасать».

А он мне: «Поезжай, если хочешь».

10. Задание на работу инженерных войск в зоне строительного района № 2.

Первым делом на самой атомной станции в здании недостроенного учебного центра был обустроен штаб района. Здесь же с 20 июня была организована дозлаборатория.

С этого числа шел четкий учет полученных доз, планировалась ежедневная работа, определялось время пребывания на местах строительства…

Рядом работали войска хим. защиты, инженерные и автомобильный батальоны.

Из воспоминаний В.А. Русанова, руководителя группы дозиметристов ГХК, направленных на ЧАЭС 09.06.1986 г.,: «Задачи строителей осложнились очень тяжелой дозиметрической обстановкой, фон в районе 4 блока был от 1,5 до 950 Р/ч. Для того, чтобы приступить к работе, необходимо было произвести тщательную дозиметрическую разведку и контролировать дозовые нагрузки персонала. В 1986 году за одно снятие картограммы дозиметристы получали по 5 Бэр при установленной дневной дозе 1 БЭР и предельной 25 Бэр».

11. Строительная площадка красноярского района №2.

Очисткой громадной территории от всего, что было выброшено реактором при взрыве занимались челябинский строительный район №1 и красноярский (к нему относились и железногорцы) строительный район №2.

Только таким образом - срезая слой загрязненного радиацией грунта и собирая в специальные контейнеры радиоактивные обломки - можно было подобраться к стене реактора.

Бронетранспортеры использовались для выезда на ЧАЭС вместо легковых машин.


Скорая помощь дежурила у штаба района постоянно, готовая доставить пострадавших в медпункт.

12. Крышка для реактора.

В июле 1986 года был изготовлен алюминиевый колпак. Он должен был накрыть реактор, как крышка – кастрюлю. Колпак был доставлен вертолетом с завода и выгружен в Чернобыле. В присутствии министра среднего машиностроения Ефима Павловича Славского и членов Правительственной комиссии 9 июля вертолет поднял колпак и… только начал горизонтальное движение, как срезался один крепеж траверсы. Колпак рухнул на землю, чуть ли не на головы собравшихся…

На фото: Е.П. Славский и Правительственная комиссия, 09.07.1986 г.

13. II вахта из Красноярска-26 (современное название - Железногорск Красноярского края).

На фото:
начальник района №2 А.В. Бевза (с 22 июля по 15 октября),
главный инженер Ю.М. Великих (с 2 августа по 9 сентября),
секретарь парторганизации В.М. Прокофьев (с 15 июня по 15 октября),
заместитель главного инженера Ю.Н. Спицин (с 30 августа по 15 октября).

 

Александр Владимирович Бевза – начальник строительного района №2 во II вахту.

Из воспоминаний А.В. Бевзы: «За сутки один только район принимал 4,.5 тысячи кубов бетона и бетононасосами перекачивал на стены будущего саркофага. Такие грандиозные объёмы, наверное, уже никогда никто не повторит…

…Чувствовалось, что мы заняты чрезвычайно важным делом, за нами стоит наша страна, наши семьи и весь мир. Когда осенью появилась информация о размахе последствий катастрофы на ЧАЭС, когда страны Западной Европы, особенно Скандинавия, забеспокоились о своей безопасности, появилась какая-то гордость от того, что ты стоишь на защите всего человечества, как щит!»

14. Обычную технику приходилось дорабатывать вручную…

На снимке - обычный трактор «Беларусь», на котором смонтирована защитная кабина. Управляет трактором человек. Таким способом собирались радиоактивные обломки в зоны взрыва. Обломки сталкивались с крыши машзала в проем перекрытия.

Из воспоминаний Александра Владимировича Бевзы: «На строительство саркофага была прислана лучшая техника со всего мира, но была и обычная техника. Её приходилось дорабатывать, чтобы и она защищала людей от радиации. Для этого всю технику вручную обшивали свинцовыми листами. Причем делали это сами водителями той техники».

Из воспоминаний Валерия Николаевича Махонина:

«Перегрузки были у всех. Многие за рулем засыпали, потому и аварий случалось много. Помню одного тракториста… Подъезжаем к блоку, смотрим: трактор гудит, вроде как работает, но на месте стоит. Кабина освинцованная, но все же видно, что кто-то там за рулем в свинцовом куполе сидит – то ли помер, то ли спит. Стучали-стучали, он нас не слышит. Я тогда говорю ребятам: «Тащите лом! Может, жив еще человек и удастся его спасти!» Кое-как открыли мы ту кабину, выволокли бедолагу. Но спасти успели. Жив он».

15. Ликвидаторов доставляли к месту работы в освинцованных автобусах.

Чтобы снизить дозу облучения, которую люди получали за время следования по загрязненной территории до места работы, использовались специально оборудованные автобусы. Сидения в них были опущены, а боковые стены почти полностью закрыты свинцовыми листами.

Из воспоминаний Вячеслава Михайловича Марьяна:

«Особых мер по защите водителей автобусов не принимали. Какие тут можно было меры принять? Мы сами же и мыли наши автобусы, сами же и ремонтировали их. Хватали «грязь» по полной… Помню, решил я задние колеса почистить, чтоб меньше «фонило» - счетчик 40 показывал. Снял я колеса, стал грязь оббивать, зараженной пыли, конечно, наглотался… Потом напарник мой (Д.С.Бруев) пришел, стал мне помогать. Сел верхом на колесо и оббивает грязь. Оббивал-оббивал, смотрю: хлоп – и в обморок. Я его в чувство привожу, а он мне: «Что-то мне плохо, голова болит и слабость сильная…»

Из воспоминаний Дмитрия Сергеевича Бруева: «Приходилось регулярно залазить под автобус, осматривать, чинить… Привожу людей со смены, они идут обедать, а я – под автобус. Надо же его подготовить для того, чтобы везти следующую смену, да еще и самому надо поесть. Еле успевал. Заходишь в столовую, а там турникеты стоят, где уровень радиации проверяют. Только руки подставил – «горят». Значит, надо идти в душ отмываться и переодеваться. По нескольку раз приходилось…».

 

На фото: освинцованный автобус снаружи. Фото из архива Валерия Николаевича Махонина, который возил людей к 4-ому блоку. Валерий Махонин – четвертый слева во втором ряду.

 

16. III вахта из Красноярска-26 (современное название - Железногорск Красноярского края).

На фото:
начальник района В.А. Лебедев (с 28 сентября по 4 ноября),
главный инженер В.Н. Бекишев (с 30 сентября по 4 ноября),
зам. начальника района С. C. Ворзонин (с 3 октября по 4 ноября),
зам. главного инженера Г.М. Юсупов (с 3 октября по 4 ноября),
секретарь В. И. Коршаков (с 4 октября по 4 ноября).

Владимир Александрович Лебедев - начальник строительного района №2 в III вахту.

Из воспоминаний В.А. Лебедева: «В тот период основной задачей строительного района № 2 было, чтобы монтажники и группа “ДЕМАГ” работали без “сучка и задоринки”. И с этой задачей мы справились успешно. После завершения работ по монтажу покрытия наш район выполнил работы по бетонированию под контрфорсную стену».

17. На крыше 3-его энергоблока.

Несколько десятков секунд давалось для работ на крыше третьего энергоблока. Что можно успеть за эти секунды, когда движения сковывает спецодежда? Немного? Нет, очень много: схватить, бросить на носилки обломок бетона, чтобы другие, такие же внешне неуклюжие люди подхватили носилки и – бегом, бегом, бегом! – к краю крыши.

18. «Батискаф» - это освинцованная кабина.

Одну такую кабину ликвидаторы из Красноярска-26 самостоятельно изготовили в Чернобыле. Ее использовали для небольшого отдыха – человек следил за выполнением монтажных работ, затем выбегал, стропил и возвращался под укрытие свинца.
Второй «батискаф» был заводского изготовления. Сверху его подцепляли крюком крана и поднимали на любую высоту. В кабине обязательно находились дозиметрист и рация. «Батискаф» устанавливали на перекрытии, на стене, в завале. В нем «летали» инженеры, конструкторы, проектировщики, монтажники.
За бортом кабины – 150 р/час, а внутри всего 20 миллирентген!

19. Шаги, ведущие к Победе.

«Биологические» стены смонтированы!

25 июня 1986 г. металлоконструкции «биологической» стены были смонтированы.

Из воспоминаний Сергея Григорьевича Дмитриева: «Когда 2-й район начал бетонировать стены саркофага, В.К. Сперанский взял к себе всех шоферов со своей стройки. Не думайте, что хвалюсь, но шоферы с нашей стройки опытные. Подъезжаем под погрузку к бункерам или на разгрузку к бетононасосам – и никогда у нас такого не было, чтобы кто-то дверь открыл, когда назад сдавал. Мы по зеркалам точно подъезжали».

Из воспоминаний Николая Васильевича Борисенко: «Насосы часто ломались. Наши отечественные насосы там вообще не работали. Для них нужен цемент и гравий, а были только цемент и щебень из реки Припять. Смесь получалась, как гречневая крупа, собиралась в комья. Наши насосы, так получилось, все сверху позаливали бетоном, даже моторы случайно «забетонировали». Работали только немецкие насосы – «Швингх» и «Пультмастер».

Бетонирование первого яруса каскадной стены.

Миксера один за другим подвозят бетон, обеспечивая бесперебойную работу бетононасоса.

Контейнеры с зараженным грунтом и зараженную технику в процессе очистки территории забрасывали за стену высотой 5 метров. В результате всех этих работ образовалась плита толщиной 5 метров.

Для заезда автомашин на эту стену был отсыпан пандус. Это дало

возможность монтажа первой стены каскада.

Из воспоминаний Александра Васильевича Туркулецкого:

«Мы пару дней потренировались работать с насосами, и уже 1-2 июля погнали первые бетононасосы в зону, к самой ЧАЭС, и начали их устанавливать в ангары из бетонных блоков. Сами же операторы размещались в полукилометре от насосов, в относительно чистой зоне, сидели в бункерах, которые между собою называли «скворечниками». Нас подвозили к кабинам бетононасосов на БТР-ах. Подвозят одного оператора к «скворечнику», он стукает в дверь. Тот, оператор, что находился в кабине, выскакивает – в БТР и в бункер. А сменный оператор занимает его место в кабине «скворечника».

Бетонирование следующих каскадных стен саркофага.

Из воспоминаний Сергея Петровича Проскурякова: «Первый раз я увидел реактор 12 октября. В то время это была уже 3-я вахта, и как такового взорванного реактора уже не было, то есть, заканчивали возводить каскадную стенку, а также возводили разделительную стенку между
4-ым и 3-им энергоблоками. Мы уже подводили реактор под крышу. Тогда первый раз я сел в миксер за руль и стал работать самостоятельно».

Блок балок Б-2, «самолет», в процессе монтажа.

Из воспоминаний В.К. Сперанского: «На площадке перед ХЖТО монтажники и строители-красноярцы готовили рамную конструкцию, прозванную «самолет». Две спаренные балки были собраны в единый блок-гигант весом 165 тонн.
Балка имела четыре опоры, и их нужно было при монтаже зафиксировать сразу, выставить по осям, без перекосов в плане, и при сантиметровых маневрах избежать преждевременной расстроповки.
Со второй попытки монтаж был успешно выполнен»

Укрупненные металлоконструкции для саркофага.

Из книги В.К. Сперанского «Сибиряки с чернобыльской отметиной»: «Обычная технология строительно-монтажных работ при строительстве саркофага была не приемлема. Экстремальная радиоактивная обстановка в зоне разрушенного реактора требовала максимально возможного с технической точки зрения укрупнения металлоконструкций на подготовительной площадке в безопасной зоне. Изготовленные на этих площадках металлоконструкции доставлялись на место монтажа специально изготовленными транспортными механизмами».

Монтаж балки «Мамонт».

Монтаж балки «Мамонт» был завершен 6 октября 1986 года, а 16 октября 1986 года она была установлена на место.

Сам монтаж – это уникальнейшая работа, которую могли выполнить только настоящие специалисты. Руководил работами бригадир слесарей-монтажников, заслуженный строитель РСФСР, орденоносец Иван Андреевич Воробьев

Благодаря самоотверженному труду рабочих и ИТР треста «Сибхиммонтаж» балка «Мамонт» была смонтирована в установленные Правительством сроки.

 

Балка «Мамонт» в монтаже

Смонтированные балки: «Мамонт», «осьминог».
Начат монтаж кровельных покрытий - «большие клюшки», «собачий дом».

Наступил октябрь. Каскадная стена была закончена, но красноярцам предстояло закрыть реактор с западной стороны.

Контрфорсные стены лежали готовые к монтажу и дожидались своего часа.

Начался монтаж и бетонирование контрфорсной стены.

Фрагмент монтажа контрфорсной стены.

В течение 20 дней контрфорсная стена была смонтирована и забетонирована. Теперь ничего не мешало закончить монтажные работы кровли из металлических блоков, покрытых сверху щитами настила.

Кровельное покрытие машзала.

Над центральным залом реактора смонтирован «собачий домик» - металлоконструкции примыкания к третьему блоку. Видны балка «мамонт» и балка «осьминог», которая опирается на разрушенное перекрытие. Строители Железногорска завершают монтаж «клюшек», закрывающих развал между перекрытием центрального и машинного зала.

Монтаж труб перекрытия центрального зала.

Начат монтаж труб перекрытия центрального зала, смонтирована первая секция металлоконструкций 4-й каскадной стены. Был создан центральный оперативный пост с телеприемниками, соединенными системой связи с выносными подвижными телекамерами, смонтированными на стрелах кранов и спецвышках, установленных в точках максимального обзора. Всего с августа по ноябрь было смонтировано 50 телекамер, организовано пять пультовых, одновременно работало до 15 видеокамер.

20. Успешное завершение работ

Начальник УС-605 Геннадий Лыков благодарит красноярцев за проделанную работу. Слева – Г. Лыков. Справа – В.К. Сперанский, начальник Красноярского района № 2 в I вахту.

21. Победа!

30 ноября 1986 года Госкомиссией, созданной распоряжением Совмина СССР № 2126 р.с. от 23 октября 1986 года, был подписан акт о приемке на техническое обслуживание законсервированного энергоблока №4 Чернобыльской АЭС.

Выступая на митинге, председатель Правительственной комиссии
Б.Е. Щербина сказал: «Саркофаг - это не монстр из бетона и металла, а сложное инженерное сооружение с вентиляцией, охлаждением, системой контроля».

Обновлено 24.01.2017 11:43
 

Комментарии 

 
0 #1 Jonimef 20.09.2019 16:39
Learn how to easily replace a two-handle faucet with this straight forward step-by-step video tutorial from Delta Faucet.
Sink or swim lyrics
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


черная быль чернобыль припять чаэс авария на чернобыльской аэс авария на чаэс воспоминания очевидцев радиация в зоне отчуждения союз чернобыль чернобыль припять саркофаг объект укрытие